Жила да была Анаэль, жила бы себе и дальше, но в Раю стало слишком скучно и тускло. Никакого веселья, да и робото-ангелы уже глаза режут.
Шел 1450 год и люди стали слишком нравиться Анаэль. Особенно, если они отличались от других, не подчинялись правилам, одним словом бунтари того века. К примеру даже Леонардо Да Винчи – исключительный гений, безумец и бунтарь того века. Наблюдать за ним было исключительно приятно. Пожалуй, именно тогда возникла идея сбежать с небес. За такой поступок её или посадят в темницу или же убьют, чтобы не мучится.  Было лишь одно «но»… человек, которого охраняла Элиа, что будет с ним? Он тоже был одним из тех уникальных людей, возможно именно из-за него, она решилась на такой шаг.
Сбежав, она «залегла на дно». Пять лет она не высовывалась, старалась не попадаться никому на глаза и вот, она решила встретиться с тем, кого оберегала, проверить как у него дела и по возможности помочь. Какого же было её удивление, когда она узнала, что он заключил сделку с демоном перекрестка… Вина, первое человеческое чувство, что ощутила на себе Анаэль. Это случилось именно тогда, когда она решила сбежать с небес. Те последние пять лет она была с ним, помогала, выручала, в общем, делала все, чтобы оставшееся ему время было счастливым. Элиа рассказала ему, что она ангел, а точнее его ангел, что охраняла его… должна была. Этот человек научил её многому, показал много того, что свойственно людям. Когда его не стало, она не могла вытащить его из ада, она обещала ему не спасть его. Элиа сдержала обещание. Жизнь после оказалась не такой уж и сладкой, но со временем она научилась отстраняться от этих воспоминаний, но все же помнить того человека с надеждой когда-нибудь встретиться с ним.
Она решила стать охотником. «Защищать тех, кто не может защитить себя сам» - это, пожалуй, можно назвать её правилом.  Ей было все равно, оборотень, вампир, она защитит тех, кто не по своей вине стал зверем, монстром или изгоем.
Время шло, и вот настал двадцать первый век. Интересный и безумный век. Чего хотя бы стоит апокалипсис! Ангелы начали ступать на землю. Сначала Анаэль обрадовалась, но потом поняла, что они несли за собой разруху и гибель многих существ. Хотели истребить целые города! Но появились они. Интересные эти Винчестеры. Вдвоем противостоят силам, которые были на много могущественнее их, сопротивляются изо всех сил. За ними было интересно наблюдать и все же они смогли поставить точку, закрыли двух пернатых братьев в клетке, да еще и ангела приручили, Кастиэль, кажется?
Началась эта война, ангелы уже не бояться появляться на глазах у людей, стало сложнее, да еще всплыла одна огромная проблема, да что там, проблемище под названием прошлое. Тот человек, о котором Анаэль заботилась, стал демоном. Элиа пока не может заставить себя встретиться с ним. Люди меняются со временем, а уж тем более после ада. Анаэль предстоит трудная встреча со своим прошлым и трудный выбор в борьбе за человечество.

Не буду париться и кину пост с анкеты ХДД

Из кухни шли громкие звуки, от чего Маргарет проснулась. Взгляд пал на будильник, который показывал десять часов утра. Джереми был уже в школе, значит, у отца сегодня был выходной. Улыбнувшись, девушка решила встать пораньше. Отец много работал, от чего почти вся работа по дому перекладывалась на Мэг. Всегда, когда у Уилла был выходной, он вставал пораньше и готовил завтрак. Спустившись, она застала папу за готовкой яичницы с беконом. Он стоял в нелепом желтом фартуке, что выглядело очень забавно. Развернувшись, он улыбнулся.
- С добрым утром, соня. Ты как, по уважительной причине прогуливаешь, или мне уже выгонять тебя тапочком? – рассмеявшись, он вновь повернулся к плите. Пошаркав немного деревянной ложечкой по сковороде, Уилл выключил плиту и разложил завтрак на тарелки.
- И тебе доброе. У нас сегодня, что-то вроде спортивных мероприятий, а ты сам знаешь, не люблю я такое, так что считай это выходным. – объяснила Мэгги, садясь за стол, где уже стояла тарелка я яичницей.
- О да, я помню тот прекрасный момент. Финишная черта, ты бежишь. Внезапно громыхает гром и вот, я уже хожу и ищу тебя по кустам. -  отец еще больше рассмеялся и, сняв фартук сел за стол.
- Не напоминай, мне тогда многим пришлось объяснять, почему я спряталась. – засмущавшись, Мэг взяла вилку и начала есть свои завтрак.
Так прошло безобидное утро. Вечером, придя с улицы, девушка быстро направилась в свою комнату. Это заметил и брат, и отец. Было странно, ведь Кобейн, когда приходила с улицы радостно кричала, приветствовала всех и спокойно уходила к себе в комнату или на кухню. Встав с дивана, Уилл поднялся по лестнице и, постучав в дверь, открыл её.
- Нет, стой! – крикнула Мэг, но дверь уже открылась.
- Что за хрень? – Уилл быстро подошел к девушке и прикоснулся к бинтам на спине. Слегка повернувшись, Маргарет увидела в глазах отца тревогу и беспокойство. Быстро взяв с кровати просторную футболку и еле напялив её на себя, она повернулась.
- Не бойся, это не ранение и ничего такого, всего лишь татуировка. – успокаивая отца, тихо говорила девушка, замечая перемену в лице мужчины.
- С ума сошла!? – поднял, было, голос отец, но потом спохватился, что его может услышать Джереми. – Зачем ты это сделала? – уже более устало произнес он, сев на кровать.
- Ты знаешь, как я не люблю говорить про маму. – начала Мэг, но была перебита.
- Причем тут твоя мать? – взглянув в глаза дочери, произнес Уилл.
- Она показывала свою татуировку на лодыжке… Когда она умерла, мне было всего пять лет, тогда я еще не слишком всё понимала, а через некоторое время поняла, что мне нужно что-то, что было частью её. Скажем, я хотела запечатлеть эту память в виде татуировки как у неё. Только, сделала её я на левой лопатке. – пояснила Маргарет, садясь рядом с отцом.
- Могла бы просто сделать прическу как у неё, а не делать эту гадость. – уже устало улыбнувшись, произнес Уилл.
- У тебя, между прочим, тоже есть татуировка! – по-детски пригрозив пальцем, произнесла Мэгги.
- Она, вообще-то с армии, так что не тыкай пальцем, это не прилично. – рассмеявшись, произнес мужчина и обнял дочь. – Больше никогда меня так не пугай. Лучше предупреди. Даже если я буду не согласен, я уже буду готов к тому, что ты это сделаешь. – улыбнувшись, Уилл встал и вышел из комнаты, на полпути добавив:
- Отдыхай, позже посмотрим, что тебе там нарисовали. – улыбнувшись, произнес он. Упав на кровать, Маргарет была счастлива, что не получила взбучки за содеянное, хотя, думаю, еще получит, когда отец заметит на своей машине новую красивую вмятину на бампере.

На какой минуте матча, или на какой по счету бутылке пива Тони заснул на диване, Роберт не смог бы сказать, даже если бы очень сильно напряг свои мозги. А всё потому, что он и сам задремал. Пиво действовало как снотворное, после долгого и напряженного дня. И если бы Тони не разбудил Роберта громким храпом, то Ниро нашла бы охотника прямо здесь, полусидящим –полулежащим в кресле с зажатым в руке «Budweiser-ом". Картина маслом просто какая-то: «Охотник на привале».
Вебер вздрогнул, услышав громкий рык медведя, и бутылка глухо ударилась о пол, выскользнув из пальцев, и покатилась куда-то под диван, оставляя после себя мокрый пенный след.
Мозг еще не до конца проснулся, но в нем тут же вспыхнула лампочка «Кармелла будет в ярости». После этой сразу же всплыла другая мысль «А откуда тут медведь?»
После того как усилие открыть глаза увенчалось успехом, Роберт увидел, что медведем был никто иной как Морано.
Можно было успокоиться и снова закрыть глаза.
«Так, а почему Кармелла будет в ярости?» Роберт, кажется, даже слышал скрип ржавых шестеренок в своей голове, «Пиво…пиво на ковре…Пиво на ковре, твою мать!!!»
Охотника даже бросила в холодный пот и в жар одновременно. Почему? Вы не видели Кармеллу в ярости. И не стоит вам этого видеть.
Тони продолжал спать и дальше, издавая утробный храп. Бедный Тони…Если ученые, кстати итальянские, правы, то глава мафиозной организации деградирует с каждой проведенной в стране Морфея ночью. Ведь как выяснили ученые (странно что это были не Британские ученые) - хронический ночной храп приводит к деструктивным изменениям в мозгу, уменьшая количество серого вещества и значительно снижая умственные способности. Бедный-бедный Тони и его испаряющееся серое вещество.
«И как Кармелла засыпает рядом с ним?..Нужно будет спросить у Ниро, храплю ли я?» с этими мыслями Вебер шатающейся походкой (пиво, оказывается, возымело довольно сильный эффект на ослабленный после стольких дней недосыпа организм) направился на кухню за тряпкой.
Вытереть след от пива было плевым делом. Но вот запах…Он почему-то не уходил после того, как Роб промокнул небольшую лужицу полотенцем.
«Может сам испарится через время?» - спросил себя охотник, и мысленно же ответив себе «Да», успокоился. Попытки достать бутылку из под дивана были настолько безнадежными, что Роберт отчаявшись даже выматерился. Он, понимаешь ли, ползал-ползал распластавшись на животе по полу возле дивана, пытаясь дотянуться до бутылки, стараясь при этом не уткнуться носом в ноги Тони, которых по мнению Роба было по меньшей мере штук пять, потому что они были и тут и там…Но все попытки были тщетными. Он не дотягивался совсем чуток, вот были бы его пальцы хотя бы на полсантиметра длиннее, то…
"Ох, как же тяжело. Я устал...» - но, даже не смотря на такие невеселые мысли, охотник нашел в себе силы подняться и совершить еще один поход к шкафчикам на кухне и достать оттуда то, что поможет дотянуться до бутылки.
-О, бооольшая ложка, ты-то мне и нужна! - как называлась эта самая большая глубокая ложка, которой обычно Кармелла наливала суп из кастрюли в обед, Вебер не знал. Но у нее была длинная ручка, и она точно поможет охотнику достать эту стеклотару из-под дивана. «Да-а, детка…я тебя все же достану!»
В тот самый момент, когда Роберт с кряхтением снова улегся на пол рядом с диваном и засунул руку с Зажатым в ней черпаком под диван, подбадривая себя словами: - Иди сюда, мерзкая стекляшка!, - открылась входная дверь, от которой как раз хорошо просматривался диван и раздались женские голоса.
«Господи, пусть это будет Меддоу с подружками, а не Ниро с Кармеллой» - вознес молитву к небесам охотник, понимая, что не успеет подняться на ноги прежде чем его застукают за данным занятием.

1625 год. Не так много времени осталось Амбриэль провести в людском мире. Времени все меньше и меньше.. – ее размышления были прерваны Эдвардом. Он подбежал к ней с запыхавшимся видом, а на руке была видна кровь.
- Спасибо. За помощь. Я не знаю, что бы случилось, если бы не ты... - Произнёс человек, который был очень симпатичен и интересен Амбриэль. Совсем недавно ангел спасла того, кого она охраняла, того, за которого поручилась.
Эдвард пошёл на охоту, узнав, что не далеко от его дома случилось что-то не понятное. Мужчина думал, что это простой Вендиго, что решил поохотиться, но оказалось всё гораздо хуже. Оборотень, что решил поужинать. Если бы Амбриэль опоздала на секунду, то жизнь человека оборвалась бы. Хоть и Эдварда зацепило, он был жив.
Девушка стояла около окна, у которого были задёрнуты занавески, от чего в комнате было темновато. По руке человека не торопливо текла кровь, стараясь доползти до самых кончиков пальцев и упасть на пол. Ангел подошла к мужчине и дотронулась до его груди двумя пальцами. Ушибы, царапины и раненая рука прошла в миг. Эдвард пошатнулся. Лёгкий шок. Он всё еще не привык, что перед ним стоит его ангел хранитель, которая в любую секунду готова помочь ему даже ценой своей жизни. Время, время. То, чего лучше не трогать, поэтому ангел посмотрела на человека с еле уловимой грустью в глазах.
- Будь аккуратнее Эдвард... - Внезапно появилось плохое предчувствие. - Прощай. - Эти слова сами собой вырвались из груди девушки, от чего она перевела взгляд на маленькую картину, криво висевшую на стене. Шелест. Иногда он раздражал, и то, что она не может уйти бесшумно и бесследно, но даже если и так, в памяти человека останется воспоминания  об ангеле. Которые Амбриэль не хотела стирать.
На небесах её встретили три ангела, которые отвечали за порядок и соблюдение правил, что сам Отец создал для всех. "Поймана с поличным." - Так бы сказали люди.
- Что будет с ним? - Брат-ангел, что стоял посередине, сделал пару шагов вперёд, смотря в глаза Амбриэль и ничего не утаивая, произнёс:
- Приказ убить Эдварда Луэра, ибо не должна была ты открывать лик свой истинный, да и судьбу его менять, спасая от гибели. - Спокойно, хладнокровно. Ей всегда казалось, что должны наказать только её.. Амбриэль попыталась воспротивиться приказу, но в миг её руки схватили двое других, Рогзиэль и Пуриэль. Она ничего не могла поделать, ни сбежать, ни спасти человека, к которому так привязалась. Вина. Она чувствовала, как это чувство поглощает её, но она ангел, который не так давно узнал о некоторых чувствах,  и еще не понимала к чему это приведет. Но, в конце концов Амбриэль была наказана, приказ выполнен.